Австралийские “зеленые” организуют движение, чтобы покончить с неолиберализмом

Интервью с Адамом Бандтом — АБ

Интервьювер: Даниэль Лопес — ДЛ

Перевод: Павел Ярош, Катя Иглз, Kceniya Raby

Австралийские зеленые готовы к тому, чтобы увеличить количество голосов за свою партию на следующих федеральных выборах. Jacobin поговорил с лидером партии Адамом Бандтом про борьбу с неолиберализмом и климатическим кризисом.

Австралийские зеленые берут начало с прогрессивной борьбы 70х годов, куда входили антивоенные, антиядерные и экологические движения. Сформировавшись как федеральная партия в 1992 году, зеленые в течение следующего десятилетия создали свою базу поддержки, избрав лидера партии Боба Брауна в сенат в 1996 году. В 2004 они совершили большой прорыв, получив 7.2% голосов и четыре места на общенациональных выборах

Когда австралийская лейбористская партия сместилась вправо, зеленые утвердились в роли основной левой политической силы Австралии. Помимо защиты окружающей среды, политики и активисты партии зеленых сыграли важную роль в противодействии войнам в Ираке и Афганистане и выступили в поддержку прав беженцев.

На федеральных выборах 2010 года Адам Бандт выиграл место в Мельбурне, став первым кандидатом от зеленых, избранным в Палату представителей. Бандт выиграл четыре последующих избирательных кампании и сейчас занимает свое место с перевесом в 72 процента после учета ранжирования кандидатов на выборах — это третье место среди всех австралийских депутатов.

В феврале 2020 года зеленые единогласно избрали Бандта федеральным лидером. Хотя у зеленых нет формализованной системы фракций, Бандт широко известен как представитель левого крыла. В качестве лидера партии Бандт отстаивал новый зеленый курс, а также меры по перераспределению, чтобы бросить вызов нарастающему неравенству и исправить результаты десятилетий неолиберальных сокращений и приватизации.

После ряда значительных побед на региональных выборах, австралийские зеленые готовы увеличить процент на предстоящих федеральных выборах. Бандт, являющийся регулярным автором журнала Jacobin, поговорил с нами об австралийской и международной политике, плане зеленых по созданию движения, которое может увеличить количество голосов за партию, и о борьбе за прогрессивные изменения.

________________________________________________________________________

ДЛ — Если коротко, что пандемия выявила в австралийском обществе и какие перемены нужны?

АБ — Пандемия обнажила существовавшее ранее структурное неравенство. И показала, что единственный способ пережить кризис — это гарантировать, чтобы у людей было достаточно денег на проживание, и что государственное вмешательство должно ставить здоровье, жизнь и благополучие людей на первое место. Только так мы смогли пережить 2020 год.

Возьмем, к примеру, пособие по безработице JobSeeker. Когда сотни тысяч людей остались без работы, остальное население внезапно обнаружило, насколько ужасно правительства обращались с безработными на протяжении десятилетий. Правительство Скотта Моррисона, члена либеральной партии Австралии и нынешнего премьер-министра, было вынуждено признать, что нужно более 1100 долларов на две недели, чтобы хотя бы быть выше черты бедности. Временное повышение для JobSeeker фактически удвоило предыдущую ставку, приблизив ее к минимальной заработной плате.

Для многих незащищенных рабочих и молодых специалистов это был первый раз, когда они приблизились к тому, чтобы жить выше черты бедности. Я думаю, это раскрыло фундаментальную правду о нашем обществе. Оно [общество] основано на том, чтобы заставлять людей жить за чертой бедности, в небезопасном положении, чтобы заработная плата оставалась низкой, пока предприятия получали огромные прибыли.

С увеличением субсидии JobKeeper в начале кризиса статус-кво был прерван — и это правильно. Но это также обнажило уродливую реальность, с которой мы жили раньше. Теперь мы должны сказать, что мы не можем вернуться обратно. Вот почему мы продолжаем настаивать на увеличении материальной помощи. Никто не должен жить в бедности в богатой стране, независимо от того, безработный вы или работающий. Это важная часть нашей предвыборной платформы.

С другой стороны существует реальная опасность возврата к политике жесткой экономии, если мы когда-либо выйдем из ситуации пандемии. Будут люди, настаивающие на значительном сокращении социальных расходов для погашения долга, накопленного во время пандемии. Если мы не закрепим идею о том, что каждый имеет право жить выше черты бедности, мы можем столкнуться с политикой жесткой экономии на стероидах.

ДЛ — Это напоминает такие предложения как «новый зеленый курс» (далее — НЗК), которые выходят за рамки неолиберализма, утверждая, что мы можем принимать реальные меры борьбы с климатическим кризисом, одновременно повышая уровень жизни. зеленые были активными сторонниками НЗК. В то же время Австралия очень сильно отстает от других стран с точки зрения принятия значимых мер по борьбе с изменением климата. Как вы думаете, в чем заключается идея НЗК в глобальном масштабе? И какие препятствия вы видите для введения НЗК или чего-то аналогичного в Австралии?

АБ — Я только что присоединился к движению парламентариев мира за “новый мировой зеленый курс”. В его состав входят такие люди, как Кэролайн Лукас, представительница парламента от зеленых из Великобритании, и конгрессвумен США Ильхан Омар. Я думаю, что поддержка НЗК растет, поскольку приходит понимание, что необходима значительная государственная интервенция для одновременного решения нескольких кризисов. Для меня это суть НЗК — решение климатического кризиса также может решить и проблему неравенства.

Называете ли вы это НЗК или нет, ключевые элементы предложения становятся все популярнее. Даже консерваторы, такие как премьер-министр Великобритании Борис Джонсон, говорят, что какая-то форма зеленой промышленной революции будет иметь решающее значение в следующие двадцать-тридцать лет. Лидеры вроде Джонсона не добьются этого результата так, как левые. Но я думаю, это показывает, что кризисы, с которыми мы сталкиваемся, усиливаются, и усиливается потребность в решениях, которые касаются их всех. Джо Байден, возможно, не назвал свои большие расходы на инфраструктуру НЗК по внутриполитическим причинам, но он реализует многие элементы НЗК. Я думаю, что конкретные меры, лежащие в основе НЗК, набирают популярность.

ДЛ — Грядущие федеральные выборы, вероятно, будут очень значимыми. Похоже что у зеленых на них будет сильная позиция. Есть все шансы, что к вам присоединится ряд недавно избранных депутатов от зеленых, в том числе из Квинсленда, хотя считается, что это штат, где зеленому кандидату сложно победить..

Похоже, это отчасти потому, что зеленые — первая партия в федеральной политике в новейшей истории, вернувшаяся к форме агитации, основанной на обучении и мотивировании сильной волонтерской базы. Активисты зеленых ходят и стучатся в двери, убеждая избирателей, что государственная политика может быть лучше. Считаете ли вы так? И если да, то что, по вашему мнению, было решающим фактором для создания такого политического движения, ориентированного на активистов?

АБ — Да, это и мое мнение — и я вернусь к нему через секунду. Но сначала я хотел сказать кое-что о федеральных выборах. Легко разочароваться в правительстве Моррисона и в том факте, что лейбористская оппозиция подписалась под таким количеством либеральных законов. Но я очень оптимистичен в отношении следующих выборов, потому что на них будет большая конкуренция, чем люди думают.

Теперь у нас есть правительство, в котором Моррисон цепляется за большинство. Либералы сейчас впереди всего на несколько мест. Если бы несколько сотен избирателей сменили партии на прошлых выборах, у нас был бы парламент меньшинства прямо сейчас, с зелеными, удерживающими баланс сил.

С тех пор акцент все больше смещается против того, за что выступает Моррисон. Так что, если мы сможем совершить качнуть против правительства Моррисона — пусть даже немного — я думаю, что наиболее вероятным исходом на следующих федеральных выборах будет лейбористское правительство меньшинства и парламент с разделением власти между зелеными и лейбористами.

Кроме того, в сенате потенциально есть двойное преимущество. зеленые надеются выгнать Полин Хэнсон лидерку крайне правой партии “Одна нация” из Сената. Мы выставляем Пенни Оллман-Пейн в качестве нашей ведущей кандидатки в сенат от Квинсленда. Пенни — учительница средней школы, профсоюзная деятельница и влиятельная борец за равенство.

С небольшим сдвигом в голосах за зеленых по всей стране мы, возможно, сможем создать один из самых прогрессивных парламентов за последнее время. Я думаю, что в мейнстримном дискурсе это умалчивается и выборы будут рассматриваться как двухпартийное соревнование. Но если вы посмотрите на цифры и поймете, каков баланс в текущем парламенте, есть очень реальный шанс, что мы в итоге придем к парламенту меньшинства. Это вселяет большую надежду на прогрессивные изменения.

В 2010 году мы победили на выборах в Мельбурне с огромным перевесом благодаря силе людей и потому, что мы приняли сознательное решение превратить сторонников и волонтеров в активистов. Это может помочь превратить политику из монолога в диалог и дать людям возможность выйти и прямо участвовать в кампании за прогрессивные ценности. Для политической партии это очень волнительный момент, поскольку это предполагает значительную децентрализацию. Все основывается на расширении возможностей тех, кто обходит округа и занимается телефонными звонками. Но это работает — и не только в узком смысле увеличения числа голосов на выборах. Это помогает создавать политическое движение.

Одна из самых важных вещей, которые мы обнаружили в кампаниях в Мельбурне за эти годы, заключается в том, что, когда мы создали движение, основанное на людях, впоследствии волонтеры и участники кампании рассказали нам, что они никогда не думали, что они способны на то, что сделали. Они почувствовали силу, которой никогда раньше не чувствовали. Это суть коллективных действий, основанных на прогрессивных ценностях ради политических изменений.

Зеленые Квинсленда вывели этот подход к проведению кампании на новый уровень. Они совершили огромный прорыв в региональной политике. И это при том, что структура парламента Квинсленда была разработана таким образом, чтобы не допустить победы мелких партий. В Квинсленде нет верхней палаты. Но теперь у нас два места в парламенте Квинсленда — зеленые стали настоящей третьей силой в местной политике. Есть реальный шанс, что мы сможем повторить этот успех на федеральных выборах. Благодаря сильной кампании, основанной на вовлеченности людей, у нас также есть шанс лишить Полин Хэнсон места в федеральном сенате.

Так что вы правы. Создание активистской кампании было частью сознательного решения и изменения нашего плана действий. Это важная причина, почему за последние десять лет, особенно в парламентах штатов, наша численность значительно выросла. И речь идет не только о поддержке зеленых — это еще и о создании прогрессивных движений в Австралии в более широком смысле.

ДЛ — Создание политического движения также было одной из самых важных частей кампании Берни Сандерса в США и кампании Джереми Корбина в Великобритании. Они вовлекали людей в политику и дали им право влиять на движения, которые они поддерживают. Как вы думаете, есть ли другие уроки, которые австралийские левые могут извлечь из этих двух кампаний и применить здесь?

АБ — Люди хотят, чтобы правительства имели контроль над огромным состоянием миллиардеров. Оно было хорошо продемонстрировано время пандемии — миллиардеры Австралии увеличили свое состояние более чем на треть. Горнодобывающие миллиардеры увеличили свое состояние более чем вдвое. На самом деле миллиардеры здесь, в Австралии, росли быстрее, чем миллиардеры в любой другой стране, что является значительнм показателем, если учесть, что произошло с такими корпорациями, как Amazon и Microsoft. И если австралийские миллиардеры увеличивают свое состояние быстрее, чем миллиардеры в других странах, это говорит о проблеме, которая явно требует решения.

Мы, как и Берни Сандерс, прилагали все усилия, чтобы заставить миллиардеров платить за безумную прибыль, полученную ими во время пандемии. Мы также хотим обложить их постоянным налогом.

Мы не просто боремся за сохранение прогрессивной налоговой системы Австралии, выступая против третьего этапа снижения налогов для богатых, предложенного Моррисоном. Мы хотим обложить налогом богатство миллиардеров. Один из ключевых элементов этой кампании — объяснить, что мы могли бы профинансировать в Австралии, если бы заставили миллиардеров платить свою справедливую долю налогов. Это движение, которое набирает обороты в мировом масштабе. В Соединенных Штатах его возглавляют такие политики, как Берни Сандерс, и он получает широкую поддержку. Это будет важной частью нашего продвижения к следующим выборам.

ДЛ — Это поднимает родственный вопрос. Во всем англоязычном мире наблюдается возрождение поддержки демократического социализма, особенно среди молодежи. зеленые же всегда приветствовали социалистов среди своих членов. В то же время зеленые видят себя скорее не социалистической, а широко левой партией. Считаете ли вы, что партии нужно двигаться в направлении демократического социализма?

АБ — Когда я был вовлечен в студенческую политику, я был членом организации под названием Левый альянс, которая была национальной организацией социалистических, феминистских и прогрессивных студентов. Я всегда считал, что, борясь с климатическим кризисом и неравенством, мы должны вести кампанию бок о бок с социалистами. В то же время среди зеленых есть много людей, которые считают себя социалистами — и это тоже нормально.

Я думаю, что частью задачи прогрессивного движения на данном этапе австралийской истории является объединение людей, которые могут иметь различную политическую идентичность, но которые хотят справиться с климатическим кризисом и ростом неравенства. Я думаю, что подход похожий на тот, который использовал Берни Сандерс, работая вместе с другими политиками в США над продвижением глобального НЗК.

Я думаю, люди сами могут судить о достоинствах нашей платформы и решить, как они хотят нас называть. Но ее основные элементы заставляют миллиардеров и крупные корпорации платить свою справедливую долю налогов. Мы хотим использовать вырученные средства для финансирования услуг, которые сделают нашу страну более равноправной, и для финансирования услуг, улучшающих жизнь людей.

Короче говоря, вместо того, чтобы снижать налоги для миллиардеров, мы хотим сделать стоматологическую помощь частью Medicare (Система австралийского бесплатного здравоохранения)]. И это один из уроков, которые я извлек из кампании в Мельбурне и из рассмотрения некоторых из упомянутых вами кампаний по всей стране и по всему миру. Тем из нас, кто хочет реальных действий по борьбе с климатическим кризисом, мы также должны предложить план, который улучшит жизнь людей в материальном плане. Речь не идет о прямом контроле экономики. Речь идет о том, что роль правительства должна заключаться в сокращении неравенства и улучшении нашей жизни.

Это нашло отклик в Мельбурне. Там электорат с самой высокой долей социального жилья в стране. Когда люди видят, что вы так же упорно боретесь за повышение пособия по безработице для соискателей работы или за предоставление стоматологической помощи в Medicare, как и за борьбу с изменением климата, вы приобретаете гораздо больше уважения и доверия. И мы никогда не должны наступать на грабли, говоря, что одна проблема важнее других. Для многих людей решающее значение имеет удовлетворение основных социальных и экономических потребностей, особенно в период пандемии. Мы должны бороться за это так же упорно, как и за борьбу с изменением климата.

ДЛ — Всего несколько недель назад лидер лейбористской оппозиции Энтони Албанезе объявил, что его партия отказывается от противодействия сокращению Моррисоном налогов на богатых, а также политике лейбористов, направленной на установление налоговых скидок на прирост капитала и поощрение отрицательного заимстования. Это значительный сдвиг вправо. Как бы вы это объяснили, и как вы думаете, есть ли надежда на то, что лейбористы снова повернут влево?

АБ: Я думаю, что надежда есть. Но я думаю, что лейбористы совершили фундаментальную ошибку, считая что они привлекут большее число людей, подражая экономическому подходу Либеральной партии. Это неправильное понимание мировых процессов.

Неолиберализм мертв. Либеральная и лейбористская партии пытаются сохранить его жизнь, в то время как люди хотят альтернативы. Если вы спросите людей, предпочитают ли они снижение налогов для богатых или включение стоматологии в программу Medicare, большинство людей ответят, что им нужны услуги, которые могут сделать страну более равноправной.

Думаю, мы увидим это на выборах. Если прогрессивные кандидаты будут демонстрировать хорошие результаты, и мы окажемся в парламенте с разделением власти, тогда будет очень и очень важно сохранить прогрессивную налоговую систему. Будет веские аргументы в пользу введения нового налога на миллиардеров и налога на сверхприбыли для крупных корпораций.

ДЛ — Типичный прогрессивный сторонник лейбористов, вероятно, ответил бы активисту зеленых, что только лейбористская партия может сформировать правительство. В обозримом будущем это правда. Есть ли у зеленых долгосрочный план по становлению партией, способной сформировать правительство, и как это могло бы выглядеть?

АБ — Лейбористской партии будет очень трудно сформировать правительство большинства. Поэтому мой ответ этому гипотетическому активисту лейбористской кампании: не тратьте свой голос на партию, которая не может сформировать правительство большинства самостоятельно. Вместо этого отдайте свой голос зеленым, чтобы не пустить либералов и помочь сделать следующее правительство прогрессивным. Таким образом мы сможем добиться прогрессивных изменений в этой стране на следующих выборах.

В долгосрочной перспективе у нас есть избирательная система в Австралии, которая отличается, скажем, от Новой Зеландии, где есть зеленые министры, или от Германии, где за зеленых хорошо голосуют на выборах и которые были ранее в правительстве. Тем не менее, и австралийские зеленые раньше были в правительстве. Прямо сейчас мы находимся в правительстве в коалиции с лейбористами Австралийской столичной территории (ACT), и мы были представлены в правительстве Тасмании.

Схема разделения власти между лейбористами и зелеными в ACT — это история успеха. В краткосрочной перспективе путь к переменам включает в себя не допускать либералов и работать с лейбористами разными способами, сохраняя при этом нашу независимость. В конечном счете, это шаг к росту зеленых и усилению нашей позиции в парламенте. Но в краткосрочной перспективе я сосредоточен на том, чтобы не допустить власти либералов и внести некоторые реальные изменения в то, о чем мы говорили.

Что это значит? На мой взгляд, все должны быть открыты к публичному обсуждению определения того, как должно выглядеть соглашение о разделении власти с лейбористами. Есть множество вариантов. То, что произошло после федеральных выборов 2010 года [на которых зеленые поддержали лейбористов с целью формирования правительства меньшинства], находится на одном конце спектра возможностей. Пример ACT находится на другом конце спектра. Там зеленые занимают министерские должности наравне с лейбористами. Между этими вариантами, вероятно, есть еще множество других. Меня меньше беспокоит то, какую форму может принять разделение власти, и больше беспокоит, какие изменения мы можем провести в Австралии в результате этого.

ДЛ — Конкретно, каких позитивных шагов, по вашему мнению, могли бы достичь зеленые при разделе власти с лейбористами? И, что не менее важно, какие вы предвидите риски, связанные как с сохранением баланса сил, так и поддержкой лейбористского меньшинства?

АБ — В прошлый раз, когда у нас был баланс сил, зеленые добились включения стоматологической помощи для детей в программу Medicare и финансирования в размере 13 миллиардов долларов на экологически чистую энергию. Мы также приняли меры, чтобы заставить крупные корпорации платить за загрязнение окружающей среды.

Когда неравенство выходит из-под контроля и наступает климатический кризис, первоочередная цель — выгнать либералов c правительства. Помимо этого, мы подтолкнем следующее правительство к тому, чтобы оно шло дальше и быстрее в борьбе с климатическим кризисом и заставляло миллиардеров и крупные корпорации платить свою справедливую долю налогов. зеленые будут настаивать на введении 6-процентного налога на богатство миллиардеров и налога на сверхприбыли корпораций. Мы также будем бороться за получение психиатрической и стоматологической помощи для всех, кто участвует в программе Medicare. Кроме того, мы хотим начать масштабное строительство социального жилья и поднять уровень материальной помощи выше уровня черты бедности.

Возможно, мы не сможем получить все, что хотим, например, существует риск, что лейбористы не будут готовы поднимать людей из бедности. Но я думаю, что люди поймут, с какими препятствиями нам придется столкнуться. Они понимают, что мы выступаем против либеральной и лейбористской партий, которые принимают пожертвования от уклоняющихся от налогов газовых и угольных корпораций. Заставить лейбористов предпринимать меры будет нелегко.

Вероятно, больший риск для страны состоит в возможной «большой коалиции» в немецком стиле, в которой лейбористы решают работать с либералами вместо нас. Они вместе голосуют за снижение налогов для богатых и открытие газового бассейна Биталу на Северной территории, который намного хуже для климата, чем шахта Адани. Так что есть шанс, что лейбористы пойдут по этому пути. Тем не менее, несмотря на весь их предвыборные блеф и бахвальство, я думаю, что у лейбористов не будет другого выбора, кроме как работать с парламентом, избранным австралийским народом. Это поставит зеленых в очень сильную позицию.

ДЛ — И наконец, я должен спросить — потому что я думаю, что Jacobin это один из немногих журналов в мире, читатели которого будут заинтересованы в ваших докторском исследовании марксистского теоретика права Евгения Пашуканиса — не могли бы вы рассказать нам подробности?

АБ — Евгений Пашуканис — очень недооцененный юрист, который работал в сложный период истории, когда социальные структуры менялись очень быстро. В конце концов он оказался по другую сторону от Иосифа Сталина и поплатился за это своей жизнью. Я нашел его особенно интересным, потому что он пытался найти действительно сложный ответ на просто сформулированный вопрос: “Какая связь между правом и экономикой?”.

Я вернулся к этому вопросу, когда пытался понять связи между тем, что можно было бы назвать глобализацией и глобальным капитализмом, с одной стороны, и откатом прав человека в различных областях, от уголовного до промышленного права, с другой стороны. Поиск ответа на этот вопрос привел меня обратно к Пашуканису. За последние несколько лет было не так много людей, которые брали его в руки и читали, но я думаю, что он все еще прав.

Перевод: https://www.jacobinmag.com/2021/09/australia-greens-green-new-deal-gnd-elections

Беларуская партыя Зялёныя